«Ура! Все ужасно!» Как в Англии открывались пабы после первого в истории локдауна

«Дружище, да ты изменился!» — клиент всматривается в лицо бармена в родном пабе. «Ты просто давно меня не видел», — прячет улыбку «друг», которому на вид хорошо за шестьдесят. Они не виделись 106 дней.

4 июля после трех с лишним месяцев коронавірусного карантина в Англии открылись пабы, рестораны и кафе. Две другие части Соединенного Королевства, Шотландия и Уэльс, решили с этим подождать, а Северная Ирландия открыла такие заведения днем ранее, отмечает Би-би-си.

Кабаки в Англии не закрывались никогда — по крайней мере, в недалеком прошлом. Пабы работали даже во время обеих мировых войн. В Первую, правда, правительство заставлял их закрываться рано вечером, с мыслью о том, что рабочие на заводах должны быть трезвыми и без похмелья. Во время Второй мировой, под немецкими бомбардировками, пабы работали как обычно — насколько было возможно это «обычно».

И вот пришел коронавирус — и правительство впервые в истории распорядился с 21 марта закрыть пабы, рестораны и кафе. А 4 июля разрешил открыть их снова.

Теоретически, пабы должны были открыться с всяческими мерами, которые правительство детально описал в официальной «инструкции» для этих заведений.

Фото: AFP / В некоторых пабах обязательная ширма из плексигласа и антисептик

Но три пабы на юго-востоке Лондона, которые посетил в субботу корреспондент Русской службы Би-би-си, отнеслись к этим рекомендациям совершенно по-разному: от строгого соблюдения до полного ковід-диссидентства.

«Вы забронировали? Хорошо. Пошли. Вот ваш столик. Сидеть только здесь», — деловито встречает первого после локдауна клиента (им оказался корреспондент Би-би-си) рыжебородый метрдотель большого паба на оживленном перекрестке. «Видите кружочки на полу возле бара? Заказывать можно только из этих позиций. Если они заняты — надо подождать», — продолжает мэтр. На столике лежит маленькая анкета — имя, почтовый индекс, телефон, дата посещения — чтобы отслеживать зараженных, если такие будут. Таковы требования правительства.

Попытку вернуться от бара с пинтой пива тем же путем, каким шел от столика, мило, с улыбкой запрещают девушки за баром: нет, обратно надо идти вокруг, вон там, через другой зал.

Остановиться в том зале под экраном с интересным футбольным матчем не дает уже знакомый метрдотель: «Извините, я не могу вам позволить здесь стоять. Могу переключить этот матч на тот экран, что над вашим столиком».

«Так, сейчас у нас все немного странно», — это метрдотель обсуждает с другими клиентами, молодой парой, процедуру заказа еды.

«Немного», ага. За несколько сотен метров — другой паб, старый и маленький, тот самый, где бармен отгородился от клиентов плексигласовим защитным экраном.

Кроме этого экрана, других мер не видно. Чужие сюда не ходят, а своим придерживаться социальной дистанции невмоготу.

Маленький старичок, который, судя по виду и ходы, посещает этот паб с момента его открытия 150 лет назад, прочовгав несколько метров от двери до стойки бара, победно поднял руки, будто только что забил гол: ура, вы снова открыты, какой же я рад! — и тут же идет обниматься с друзьями, которые сплотились за столиком в углу.

Фото: PA Media

Но его останавливает бармен, который вышел из-за своей прозрачной ширмы и обнял дорогого гостя: погоди, дружище, вот тут бумажка и ручка, напиши свои имя и телефон и положи вот сюда в ящик. Извини, так надо.

Если бы этот паб пытался придерживаться рекомендованной правительством дистанции между клиентами — минимум метр — то в нем поместилось бы, наверное, человек семь-восемь. Но здесь под каждым из четырех экранов — на двоих гонки, на двоих футбол — сидят тесным кругом компании по несколько человек.

«Ну не совсем то, что раньше, до локдауна, но хоть что-то, — рассуждает один из завсегдатаев, выйдя на улицу покурить. — Жизнь возвращается».

за несколько кварталов, подальше от оживленных улиц и туристических троп — еще один паб. Здесь чужаки тем более не ходят — только свои, жители ближайшей округи и некоторые посвященные из чуть более отдаленных районов.

Рекомендации правительству относительно мер сюда тоже еще не дошли. Этот паб просто открылся как будто ничего и не было — даже имена посетителей не записывают.

«Я смотрю, у вас тут никаких «стойте здесь, сидите там», — говорю я.

«Ну да. Но, боюсь, все-таки придется вводить», — вздыхает бармен.

Фото: EPA

Несколько десятков людей собираются возле бара и в невероятно красивом и уютном дворике, радостно обнимаются — не виделись три месяца, ходят от столика к столику. Причем это в основном те же люди, которые торжественно и печально, хотя и очень шумно, «закрывали» этот паб вечером 20 марта.

«Ну мы же пьем ответственно», — обсуждают свое поведение два соседних столика над третьими или четвертыми пинтами в три часа дня. «Пей ответственно» — это слоган британской социальной рекламы.

Про коронавирус на краткий миг напоминает только один эпизод: сияющий хозяин, обходя столики, пытается обнять и поцеловать молодую посетительницу с ребенком в коляске, но и (в отличие от других завсегдатаев) мягко отстраняется: no-no-no, не сейчас.

Инструкции правительства, как пабам организовать работу после локдауна, подробные, но не очень суровые. В них описано все — дистанция между посетителями и персоналом, допустимое количество посетителей, предварительное бронирование, маршруты передвижения пабом, бесконтактная оплата, одноразовые меню, антисептики и тому подобное, но в каждом или почти в каждом пункте есть фраза «там, где это возможно» или «если это возможно».

Владелец паба в приморском городе Портсмут, эмигрант из России Владимир Насадович объясняет, что каждый паб должен был составить «оценку рисков» и перечень мероприятий, и потом все это может зайти и проверить уполномоченный от местного совета.

«Я много чего сделал. Во-первых, нельзя включать звук, когда показываешь футбол. Я не буду включать игровые автоматы. На бильярде можно играть только на одном столе с двух. Переставил столы так, чтобы была дистанция больше метра. Никто не сидит за баром — я весь бар огородили стульями и связал лентой, чтобы было расстояние в два метра между человеком, который делает заказ, и персоналом. Никто не должен стоять в пабе — все должны сидеть. В общем, довольно трудно», — рассказывает господин Насадович.

Фото: Getty Images / Первый вечер открытых пабов прошел шумно. В лондонском Сохо полиция разнимала дерущихся людей (на фото). В графстве Ноттингемшир минимум четырех человек арестовали и пять пабов закрылись, едва открывшись, через драки

Очень много владельцев британских пабов в последние недели жаловались в прессе, что они и в «мирное время» работали на грани рентабельности, а со всеми этими ограничениями и затратами на закрытие (нерозпродане пиво пришлось просто сливать) и открытие неизбежно уйдут в минус, и поэтому разрешение открыться их не очень и радует.

«Это полный привет вообще. Я вообще не знаю, выживу или нет. Мало того, что три месяца был закрыт, притом что с меня по полной снимают ренту и все остальное, так еще и непонятно, что будет дальше», — говорит господин Насадович.

«У меня футбольную трансляцию смотрели, скажем, сто человек, а сейчас будут смотреть только сорок, — продолжает владелец паба. — У меня соревновались две женские команды по дартсу, одна мужская по дартсу и одна мужская с пула (бильярда). То есть, каждый вечер во вторник, среду, четверг постоянно шли соревнования. А сейчас меня этого лишили, все эти лиги отменены… в Общем, все ужасно. ужасно. Не знаю, как все будет».

4 июля открылись только 70% пабов, ресторанов и кафе Англии. Остальные 30% решили подождать.

Некоторые, возможно, так и не откроются уже никогда.

Юри Вендік, опубликовано в издании Би-би-си