«Новый социалистический быт» или Задворки индустриализации

21 ноября 1931 года «Харківський пролетар» объявил о начале штурмовой декады на тракторном заводе. Казалось бы, что еще оставалось штурмовать? Не прошло ведь и двух месяцев после чрезвычайно помпезного пуска. Когда и самым бестолковым вбили в головы знаменитое высказывание товарища Сталина: «Нет таких крепостей, которые большевики не могли бы взять!» Но одна отыскалась — печально известный «соцкультбыт».

Еще очень долго после торжественного открытия достойные условия существования оставались недостижимой мечтой для многих рабочих. Поэтому и «штурм» объявили весьма специфический: декаду санитарии.

«Харківський пролетар» за 21 ноября 1931 года

Потому что припекло. В широко разрекламированном «новом социалистическом городе» наблюдалось несколько очень старое и привычное: «Все бараки перегружены до неприятности. Вместо 60-70 человек в бараках часто густо живет не менее 100-120… Отсюда — грязь, неряшливость, вонь, зараза».

На эту тему: Сталинские бараки

90-я годовщина с начала санитарного штурма показалась неплохим поводом рассказать о суровом быте «энтузиастов тракторного гигангта». Начав с тех, чей энтузиазм вызывает обоснованные сомнения.

Одними из первых в степи у станции Лосево появились заключенные. Уже весной 1930 там функционировал исправительный лагерь. И именно из него в редакцию «Харківського пролетаря» поступило 13 марта интересное письмо.

Узники жаловались, что их обманули. Когда забирали с Холодной Горы, обещали, что каждый заключенный будет обеспечен хлебом, горячим, сахаром, а также выдадут полушубки, фуфайки, брюки, ботинки, ботинки. По факту же получилось следующее: «Дают на заключенного полтора фунта хлеба, борща или супа – по одной кружке, а чая совсем не дают».

Комендатура ХТЗ в сентябре 1930-го. Из книги «Харьков. 1941: часть 1. У края грозы»

С одеждой тоже не сложилось:

«Заключенные, у которых есть приятели среди надсмотрщиков по лагерю, получили хорошую одежду и обувь, а то заключенные, которые проводят тяжелую физическую работу — голые, босые и голодные – получили фигу с маслом».

Проверили «сигнал» только через два месяца — 20 мая. Депутаты горсовета Погребняк и Пронина официально констатировали, что заключенные ничуть не соврали: не хватает матрасов, мыла, спецодежды. Отсутствует медицинская помощь.

Разгружая голыми руками вагоны с камнями, заключенные натирали и срывали кровавые мозоли. А все три медпункта Тракторостроя категорически отказались обслуживать зэков.

Крайне плохо было и с питанием:

«Выдают на каждого человека 100 гр. картофеля и 100 гр. крупы для приварки. Жиров дают 4 гр. на человека. Это норма в день. Сахару дают на 5 дней 65 грамм».

«Трудовые подвиги» заключенных на Тракторострое попали даже в парадную книгу. Тогда этого не стыдились. Считалось, что «бупровцев» перевоспитывают трудом

Вольнонаемных кормили по более высоким нормам. Но точно не лучше. Даже в канун торжественного пуска, когда уже действовала созданная ударными темпами целая система общественного питания.

По состоянию на конец сентября 1931 года жителей отдельного административного района ХТЗ обслуживали 5 столовых, 18 распределителей и 74 буфета. Крупнейшими были столовая № 49 (северный поселок) и столовая № 50 (южный).

Последней посвятили несколько пронзительных строк работники рабоче-крестьянской инспекции. Цитируем:

«В столовой, отпускающей 2000 блюд в сутки, только 300 ложек. Столовая вмещает 600 человек, но она все время пуста из-за нехватки ложек. На пол-версты от столовой выстроится очередь, которая ждет, пока освободятся ложки… Стоят по два часа и больше».

Но оно и не мешало — ухватить свежий воздух, прежде чем сесть за стол. Потому что в общепитах оно таким не был.

«Харківський пролетар» мобилизует экзорцистов на трудовые подвиги. Нет, наверное, это о чем-нибудь другом. 17 июня 1931 года

На эту тему: Что такое «соцгород». 12 тезисов о советской индустриализации

Вот интересная зарисовка из столовой для технических работников: «Обстановка напоминает бывшие грязные шинки. Вода, которой моют посуду, грязная, как помои. Моечная небольшая, грязная, мух — кишмя кишит. В кухне тоже невероятная грязь, запах гнили и множество мух».

Техработникам еще повезло. Пусть «небольшая», но моечная у них была. Столовая литейного цеха не имела и таковой. Проектировали наскоро — забыли предусмотреть. Пришлось выделить под мойку неприспособленный для такого использования амбар.

Цеховые столовые — это вообще отдельная история. В лучшую сторону выделялся только кузнечный цех — единственный, где подогревали пищу перед подачей. Рабочие других давились холодными блюдами. А иногда и вообще отказывались от них, как это произошло в литейном цехе 16 сентября 1931 года. «При нас второе блюдо возвращали, – отчитывались инспекторы. — От картофельного пюре воняло гнилью, там лежали кусочки косы».

Фото рабочей столовой найти не удалось. Это вагон-магазин харьковского Церабкоопа. Вот из таких торговали, пока не построили стационарные.

Изготавливала такие «деликатесы» и распределяла их по цеховым столовым фабрика-кухня №1, которую «Харківський пролетар» назвал «более-менее упорядоченным свинарником». Вполне заслужено: «На мясе – рои мух. Во всех комнатах, где готовится и обрабатывается зелень — грязь, отвратительная кислотная и гнилая вонь. Очищенный картофель моют не в воде, а в бочках, наполненных застойной и заплесневелой грязью».

Ненамного лучше смотрелась и единственная на весь район пекарня, которая выдавала ежедневно по 35 тонн хлеба.

«О санитарии здесь не слышали и не знают, что это такое, – сообщал 1 декабря 1931 года «Харківський пролетар». – Везде грязно. Рабочие ночуют в помещении пекарни, работают в трусах без халатов. Нет душа, нет комнаты для одежды».

И немного о качестве выпускаемой в антисанитарных условиях продукции: «Помещение хлебопекарни слишком тесное. Поэтому хлеб деформируется и получается бракованным. Развозят его ничем не прикрытыми фурами».

Конечно, «не хлебом единым» жили творцы нового мира. Иногда им нужно было помыться и постричься. А с этим тоже были серьезные проблемы. Ибо на 60 тысяч человек было только две бани и две парикмахерские.

Весьма интересный призыв раздался 19 сентября 1931 года

На эту тему: Сталинщина, военный коммунизм и гибель миллионов

19 сентября 1931 года печатный орган окружкома партии писал: «Огромные очереди у бань – обычное явление. В бане северного поселка и до сих пор не оборудованы котлы. А наибольшая беда то, что не всегда бывает вода. Сплошь и рядом рабочий, дождавшись своей очереди, заходит в баню, раздевается, а тут ему говорят: воды нет! Да, потратив несколько часов, рабочий идет в барак, не помывшись».

Что его ожидало в том бараке, с цифрами на руках рассказал заведующий агитмассовым отделом заводского парткома товарищ Бибиков: «39 бараков перенаселено на 1000 человек. Крыша протекает в 39 бараках, не хватает умывальников, скамеек, чайников. В 28 бараках не упорядочены еще и не отремонтированы печи».

Последнее, очевидно, было самым болезненным. Как и постоянная нехватка топлива в бараках, которым с печами повезло. Так как датирована печальная статистика 20 ноября 1931 года. А Харьков – точно не тропики. Но замерзшие рабочие справлялись старым дедовским способом: «Ломали стены, мебель, заборы, чтобы хоть немного погреться».

Таким показывали досуг рабочих ХТЗ в пропагандистских изданиях. 1931 год

На эту тему: Коллективизация: 12 мифов

Из-за бытовых проблем страдала святая святых — агитационно-массовая работа, ведь отведенные для нее «красные уголки» и отдельные «бараки культуры» использовались как жилье. Поэтому досуг рабочего был совсем не социалистическим: «В бараках цветет пьянство, картежная игра и другие бытовые гадости».

И вот что интересно: с «гадостями» советская власть никогда и не таилась. «Тяготами и лишениями» разве что не гордились. Кому не приходилось читать стандартное: «Несмотря на огромные трудности, в кратчайшие сроки были построены…?»

Всё так. Но вместо «несмотря» нужно писать «благодаря». Если бы тогдашняя жизнь не была сплошной трудностью, нашлись бы тысячи рабочих, готовых в диких условиях работать за нищую копейку?

Эдуард Зуб, историк, сотрудник УИНП; Mediaport.ua

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *