Иван Сирко: полководец, который не проиграл ни одной битвы

Атамана Сирко ли не каждый украинец видел хотя бы раз в жизни. Живописец Илья Репин изобразил его в центре своей картины «Запорожцы пишут письмо турецкому Султану». В Сера действительно были очень правильные черты лица.

Но Репин не знал одной детали: атаман имел на нижней губе с правой стороны родимое пятно красного цвета. Современники считали ее Божьим знаком, который отличал Сера от обычных людей…

Сирко имел феноменальный военный талант при жизни он провел 55 походов против Османской империи и 65 крупных сражений и 179 схваток с врагами и во всех из них одержал победу. Под его руководством казаки захватывали: Очаков, Белгород-Днестровский, Измаил, Килию, Тягини (Бендеры), Арабат, Перекоп, Яссы, Кафу, Бахчисарай, Трапезунд.

Восемь раз Запорожская Сечь избирала Ивана Дмитриевича Сирко кошевым атаманом. За все кількасотрічне существования Сечи ни один кошевой атаман не зажил такой любви и почета среди сечевого общества. Украина — Левобережная, Правобережная, Слобожанщина — в 60-70-е годы XVII века. не знала человека, которая бы могла сравниться популярностью с Иваном Сирко. Всеобщее признание и безграничную благодарность современников приобрела тогда возглавленная Иваном Сирко героическая борьба казачества против турецко-татарских орд, которые угрожали геноцидом украинскому народу. Запорожский витязь ставил первейшей и главнейшей целью каждого похода спасения пленников из плена, освобождение невольников, которые умирали в тяжелом рабстве в султанской Турции и Крымском ханстве. Большой талант полководца, личная храбрость, мужество и отвага сочетались в нем с безграничной преданностью народному делу.

Отмечая эти качества, надо бы отметить и чисто человеческих чертах характера Ивана Дмитриевича: рассудительный и мудрый, демократичный, он был до аскетизма скромным в быту и глубоко верующим. На Сечи жил в шалаше, ел вместе с казаками из одного котла, носил, как и все, простая одежда. Историки считали, что за своими спартанскими привычками напоминал кошевой киевского князя Святослава.

Еще при жизни Ивана Сирко о нем ходили легенды, о его подвигах складывались думы и песни. Знаменитое письмо-пародию запорожских казаков султану Оттоманской Порты, неизвестно когда и кем создан (имеем его варианты еще с начала XVII в.), народная память связала именно с этим легендарным кошевым. На всемирно известной картине Ильи Репина «Запорожцы пишут письмо турецкому султану» воссоздан образ Сера, хотя о портретном сходстве говорить трудно — ведь до нас не дошла иконография героя.

Но и в настоящее, удаленное тремя веками от тех бурных времен, когда действовал Иван Сирко, он приходит героем исторических романов, повестей, пьес, рассказов, поэм и стихов.

На эту тему: Смех запорожцев. Какой увидел Янв полтавский послушник в середине XVIII века

Родился Иван Сирко на Подолье, происходил из семьи мелкой украинской православной шляхты. Время его рождения, вероятно, приходится примерно на начало XVII века.

Уже на склоне лет он вспоминает в письме к русскому царю Алексею Михайловичу, что в конце двадцатых годов ему вместе с Богданом Хмельницким выпало быть в морском походе запорожских казаков против турецкой крепости Трапезунд. С украинским гетманом также находился 1646 г. во Франции, совместно с армией принца Конде воевал под Дюнкерком. В исторических документах зафиксировано участие Ивана Сирко в освободительной войне украинского народа против господства шляхетской Польши, в частности в битве под Жванцем в 1653 г.

Два с половиной десятилетия Сирко защищал родную землю от ханских орд и никогда не знал поражения (явление в мировой истории уникальное). Он провел около ста больших и малых походов казаков в Крым и ногайские улусы, давал отпор ордам, вторгавшихся на территорию Украины, пытался помешать грабительским нападениям врагов.

Иван Сирко заявлял: «Бог свидетель моей души, что я никогда не ходил в Украину с тем, чтобы разрушать мою Родину; не хвалясь, правду говорю, что все мои предосторожности и старания направлены на то, чтобы делать вред нашим врагам, бусерменам». Запорожцы под его руководством вели разведку в степи и низовье Днепра, устраивали засады у переправ и вдоль путей, караулили на «морских» разливах, громили отряды, которые возвращались в Крым с пленными и добычей.

Иван Сирко с запорожцами отправлялся в походы под Перекоп, на татарские крепости в низовьях Днепра, на Очаков, Аккерман, Бендеры, на буджацких татар, Черный и Кучманский пути. Походы совершались лодками по Днепру, верхом степями, использовали казаки знаменитый лагерь, были у них и арматуры. Своей инициативой, энергией и военной удачей Сирко получил себе на Запорожье небывалую честь.

Когда после смерти Богдана Хмельницкого между старшиной вспыхнула жестокая борьба за булаву, Иван Сирко, которого никогда не привлекали гетманские клейноды и который не стремился использовать свою огромную популярность и любовь народа для захвата власти, не вмешивался в эти распри.

Тяжело переживая страдания Украины, возникшие в результате внутренних междоусобиц и посягательств чужестранцев, хорошо понимал те скрытые мотивы, которыми руководствовались гетманы в борьбе за власть. Впоследствии, в 1674 г., он говорил: «Теперь у нас четыре гетмана: Самойлович, Суховей, Ханенко, Дорошенко, и ни от кого ничего доброго нет; дома сидят и только христианскую кровь проливают за гетманство, за собственность, за мельницы».

Однако Сирко, полностью отдан борьбе против Крымского ханства и Турции, делу защиты Украины от их нападений и нашествий, а также делу освобождения из турецко-татарской неволи пленных, недооценивал деятельности тех гетманов-патриотов Украины, которые стремились получить ей полную независимость. Хотя сам Иван Сирко вместе с Запорожской Сечью не приняли присягу царю в 1654 г. (не было его и на Переяславской раде), однако он нередко поддерживал старшин промосковской ориентации. Так, Иван Сирко вместе с легендардарним Иваном Богуном возглавили восстание против Ивана Выговского, который стремился разорвать союз с Москвой, которая грозила государственности Украины, ее автономии. Возглавленный Сирко поход запорожского отряда в Чигирин — гетманской столицы — определил окончательное падение Выговского. Во время народного восстания 1658— 1659 годов (военными действиями Сирко руководил вместе с Иваном Богуном) кошевого атамана избрали кальницким полковником.

В конце 50-х — начале 60-х годов Иван Сирко из волости, а также из самой Сечи, с которой, даже будучи кальницким полковником, не порывал связей, организовывал походы против турецко-татарских нападающих. їавесні 1660 г. из Сечи вышло два казацких отряда. Первый спустился по Днепру до того места, где вдоль реки стояли турецкие крепости, подстерегала засада. Второй направился к Очакову, вблизи которого сосредоточились турецкие и татарские войска. Эти отряды нанесли одновременно два удара по крепости Аслам-Кермень и Очаков. Отряд, действиями которого руководил Иван Сирко, по свидетельству игумена Трахтемирівського монастыря Иосафа, «в Очакове должностей высек и плен… поймал». Запорожцы обоих отрядов благополучно вернулись на Сечь, привели много пленных татар для обмена на пленников.

В 1663 г. Сирко вместе с командиром русского гарнизона на Запорожье Григорием Косаговим совершил два похода на Перекопские укрепления. Это парализовало главные орды крымского хана и сделало невозможным его выход с полуострова и объединения с польским войском. 8 января 1664 г. Иван Дмитриевич, сдав свое кошевое отаманство Пилипчаті, повел отряд запорожцев к Днепру, на Тягин, вокруг которого стояли турецкие поселения, чтобы разрушить их укрепления.

Того времени Польша сделала последнюю попытку відвою-аты Левобережную Украину. Король Ян Казимир, который возглавил благородное войско, вторгшееся на Левобережье в октябре 1663 г., тщетно ждал в течение всего декабря своего союзника — крымского хана. Прилагая усилия, чтобы привлечь на свою сторону казацкого вожака, популярность которого все возрастала, король даже послал ему из Шаргорода 300 золотых червонцев и золотую цепь. Кошевой атаман, конечно, не соблазнился на это.

Польское войско с большим трудом продвигалось по Левобережной Украине, весьма нежные и тем, что в его тылу — на Правобережье — ширилось восстание народных масс против господства Речи Посполитой и власти ее ставленника — правобережного гетмана Тетери.

Основная боевая сила этого восстания — крестьянство, казаки, городское население. А душой стал Иван Сирко, чьи воззвания к народу также сделали свое дело. Казаки и крестьяне до прихода запорожцев сами создавали отряды и уничтожали шляхту. Друг за другом встали украинские города и села, отказывались признавать власть польской шляхты. В запорожских отрядов Ивана Сирко, что дрались то под Тягином, то на Брацлавщине и Уманщине, вливались новые силы, на которые должны были учитывать не только Польша, но и Турция и Крым. Уже 1 марта 1664 г. на территории от Днестра до Днепра власть Речи Посполитой было ликвидировано. Поход королевских войск на Левобережную Украину закончился полным провалом.

После Андрусовского перемирия 1667 г. между Московией и Польшей, по которому Правобережье Украины царь отдал Польше, а над Запорожской Сечью устанавливалось двоевластие этих двух государств, Иван Сирко занимает антимосковскую позицию. Одновременно он продолжает активные военные действия против татар, осуществляет походы на владения крымского хана. Один из крупнейших состоялся осенью 1667 г., когда Иван Сирко и кошевой Иван Рог, который заменил его на отаманстві, повели из Сечи многотысячное войско на Крымское ханство. Казаки прошли через весь полуостров и находились там более недели. Пленные татары Єнакій-Атемаш, Чинасек и другие рассказывали, что Сирко повел казаков от Кафы до Ширинбаївських улусов, то есть до владений влиятельных феодалов-мурз. С подходом свежих сил хана, который стоял в Перекопе, готов отправиться на Украину, началась большая битва, которая продолжалась три дня и две ночи. Казаки понесли значительные потери, а еще больших — ханские орды. Летописец Самовидец записал о последствиях этого похода так: «Казаки орду сломали, и вынужден был хан уступать». Запорожцы тогда освободили почти две тысячи пленников, среди них — украинцев, россиян, белорусов, насильно навернутих в рабство. Полторы тысячи невольников ушли на Запорожье. Узнав о разгроме ханских владений, татарские войска сразу вернули в Крым.

После походов 1667 г. Иван Сирко отправился на Слобожанщину. Зиму 1667-1668 годов он провел с семьей в слободе Артемовке (возле Мерефы), где жила его жена Софья с сыновьями Петром и Романом и двумя дочерьми. В слободе и дошло до него известие о народное восстание против царских воевод. Он сразу же создает небольшой отряд, с которым идет на объединение с повстанцами, а затем возглавляет их.

Призыв казацкого вожака поддержали города Цареборисов, Маячки, Змиев, Валки и Мерефа. Украинское население и царские ратные люди, которые тоже терпели от произвола своих военных начальников-воевод, уничтожали представителей царской воеводской власти и, захватив боеприпасы гарнизонов, присоединялись к восставшим, а Сера избрали харьковским полковником. Во время этих действий он заручился поддержкой казаков с Дона, а с Степаном Разиным имел личные дружеские отношения.

В марте того же года харьковский полковник привел свой отряд, который насчитывал уже три тысячи человек, в Харьков, где сразу же вспыхнуло восстание. Царский гарнизон оказался сильным, хорошо оснащенным арматою. Повстанцы вынуждены были отступить, а под Ахтыркой потерпели тяжелое поражение.

На эту тему: «Украинская земля насквозь пропитанной кровью». Украина и ее место в Европе глазами британца

Иван Сирко перешел на Запорожье, где продолжил борьбу с турецко-татарскими ордами. Имеем данные о четырех походы в Крым в течение 1668. Во время третьего было уничтожено три тысячи ордынцев, а полтысячи захвачены в плен. Четвертый же знаменателен тем, что запорожцы вместе с донскими казаками и калмыками дошли до Бахчисарая, напали на ханскую столицу.

Тем временем на Сечи произошли некоторые изменения: здесь власть временно захватил татарский ставленник Петр Суховей. Серко пришлось с ним и его сообщниками вести борьбу, в которой его поддержал гетман Петр Дорошенко, который впоследствии принял турецкий вассалитет.

Непобедимый рыцарь… Тот, кого не могли уловить турки, татары, шляхта… Зато это удалось сделать своим: в апреле 1672 г. Ивана Сирка коварно схватил, заковал в кандалы и выдал царским властям полтавский полковник Федор Жученко, который с несколькими генеральными старшинами выдвинул лживые обвинения против прославленного запорожского полководца.

Мотив этого вероломства известен — борьба старшинских группировок за власть. Федор Жученко и его единомышленники, сместив с гетманства Демьяна Многогрешного, желали видеть на его месте Ивана Самойловича. Поэтому они не желали допустить на избирательную раду ни широких масс казачества, ни тем более запорожцев, возглавляемых Сирко, которые имели огромный авторитет и могли решительно повлиять на ход совета в нежелательном для этой старшины направлении. Именно по наущению Самойловича, который очень боялся, чтобы вместо него гетманом не избрали Ивана Дмитриевича, с Батурина Сера сначала отвезли в Москву. А дальше царское правительство без суда и следствия сослал «государственного преступника» Сера в Сибирь, в Тобольск. Москва не желала иметь в Украине гетманом такую энергичную, активную, популярную, предприимчивого человека. Не забыли Серко и руководство восстанием против воевод.

Для запорожских казаков арест и ссылка любимого полководца были тяжелым ударом. Сечь сразу же начала хлопотать о возвращении своего атамана — специальное посольство отбыло в Москву. «Полевой наш вождь добрый и правитель, бусурмана страшный воин должен быть отпущен, — писали в своей челобитной запорожцы, — для того, что у нас второго такого полевого воина и басурмана гонителя нет». Запорожцы сообщали: когда в Крыму узнали, что «страшного в Крыму промышленника и счастливого победителя, который их всех поражал и побивал и христиан из неволи освобождал», — знаменитого Сера — забрали с Украины, то татарские мурзы все чаще стали нападать на Сечь.

Вмешался в это дело коронный гетман, а впоследствии польский король Ян Собеский, который настаивал на освобождении Ивана Сирко, указывая царю на возросшую угрозу России и Польши со стороны Османской империи.

Вернувшись из ссылки, Иван Дмитриевич возглавил первый поход запорожских казаков против турецкой крепости на Днепре — Аслам-Кермень, а затем — против турецкой крепости Очаков. Он не знал передышки: едва закончив один поход, выступал в другой. Окруженный ореолом непобедимости, славный кошевой вызвал у врагов страх. Существует легенда, что султан издал специальный фирман, в котором распорядился молиться в мечетях за гибель Сера, а татары, напуганные Сірковою храбростью, называли его «шайтаном».

Но преклонные лета и старые раны давали о себе знать. К тому же в одном из боев во время похода в Крым 1673 г. погиб сын Ивана Сирко — Петр. Народная дума («Дума про вдову Сірчиху») рассказывает о гибели Петра Сера под Тором.

1675 г. кошевой направил царю прошение об увольнении с военной службы. Он написал: «Много время, не щадя головы своей, промышлял я над неприятелем, а теперь я устарел, вот больших волокит, от частых походов и ран изувечен, жена моя и дети в украинском городке Мерехве скитаются без приюта, от татар лошадьми и животиною разорился, а мне, Ивану, теперь полевая служба стала невмочь, присмотреть за стариком и успокоить его некому. Милосердный государь. Вели мне, холопу своему, с женишкою и детишками в домишке пожить, чтобы, живя порознь, вконец не разорится и при старости бесприютно не умереть; вели мне дать свою грамоту, чтобы мне, живя в домишке своем, утеснения ни от кого не было».

Не должен удивлять несвойственный вообще для Сера унизительный тон письма. По канонам тогдашних российских правительственных канцелярий обращение к царю допускались лишь с такой лексикой и фразеологией.

Но Москва желала и дальше использовать военный талант и опыт кошевого в войнах с крымским ханом. В своей грамоте царь заверял: когда «воинские дела станут приходит в успокоение», тогда только, мол, «мы тебя пожалуем, в доме жить позволим». И Сирко продолжал выполнять высокую жизненную миссию, выразив свое кредо: «И ныне, при старости моей будучи, не о воинстве, только одна мысль — до остатних дней моих против того неприятеля нашего древнего противность оказывать и доставать готовым».

Весной 1675 г. казацкий атаман отправился со своим войском против ханских орд и турецких янычар Ибрагим-паши, которые ворвались на украинские земли. Нападающие испытали сокрушительный удар от объединенных сил запорожцев, донских казаков и калмыков. А в следующие годы им осуществлено еще несколько блестящих операций, которые остановили поход Оттоманской Порты на Чигирин.

Запорожские казаки приняли участие в отражении второго так называемого Чигиринского похода стотысячного турецко-татарского войска, которое взяло в осаду Чигирин, планируя после завоевания этого города сделать его плацдармом для захвата Правобережной, а затем и всей Украины. Чигирин защищали 40-тысячная царская армия под командованием Ромодановского и 20-тысячное казацкое войско во главе с гетманом Иваном Самойловичем. В 1677 г. после безуспешной трехнедельной осады турки и татары вынуждены были ретироваться из Украины.

В 1678 г. до Чигирина пришло 200 тысяч турецких и татарских войск, им противостояли 70-тысячная царская армия и 50 тысяч украинских казаков. И этот поход оказался бесплодным для турецко-татарских войск, хоть они и заняли и разрушили город. Во время второго Чигиринского похода запорожское войско мало нанести удары по тылам турецко-татарских войск.

Основные силы запорожцев возглавлял Иван Сирко, действовали над Лиманом. На военном совете решили уничтожить большой морской транспорт с продовольствием, который был отправлен из Константинополя. В Очакове хлебные запасы через мелководье Днепра были перегружены с 15 каторг и 7 кораблей на 130 мелких судов. Оттуда паша двинулся к Кизы-Керменя, который турецкое командование пыталось использовать как продовольственную базу для снабжения своих войск.

Запорожцы пропустили турецкие корабли в Днепр, а потом с тыла ударили по ним. Бой был короткий. Казаки уничтожили турок, а гребцов каторг — пленных освободили. В письме к Самойловичу Иван Сирко писал: «…июля 12 числа против Краснякова на устье Карабельном, ударил на те все суда, овладели єсми ними одно только судно парусами и многими гребцы ушло». Было взято 500 пленных, а также захвачено 7 пушек, 20 знамен и все продовольствие. Для турецкого войска, которое и до того страдало от недостатка продовольствия и фуража, это была большая потеря.

Оставив часть войск с ясиром и запасами продовольствия в Кардишині и отправив пленных к украинскому гетману, а турецкого начальника — в Москву, низовое запорожское войско во главе с Иваном Сирко пошло «на Буг к турскому мосту и заставе». Запорожские казаки сожгли турецкие мосты, уничтожили стражу и захватили много подвод с различными запасами, которые направлялись в Чигирин. Визирь вынужден был отправить молдавского и волосского хозяев с войском для восстановления мостов.

В связи с подготовкой к новому наступлению султанское правительство еще весной 1679 г. приступил к сооружению в низовьях Днепра двух крепостей-«городков». Турецкое правительство уже давно намеревался построить на Днепре крепости, которые были бы опорными пунктами во время походов на Левобережную Украину. 25-тысячное войско должно выступить против Запорожской Сечи. Именно с этим турецким походом историческая традиция связывает знаменитый ответ запорожцев и их кошевого атамана Ивана Сирко турецкому султану.

Завершающая военная акция прославленного кошевого — поход 1680 г. Накануне Иван Сирко направил специальное обращение донскому казачеству, приглашая собратьев до совместного похода на Крымское ханство. Это был последний документ мужественного рыцаря. Вскоре он тяжело заболел и уехал из Сечи за десять верст на пасеку в село Грушевку. Там 1 августа 1680. боевой отец казаков отошел на вечный покой.

Запорожцы препроводили водой на Сечь тело своего любимого предводителя. На следующий день выкопали могилу в поле за Сечью и с воинскими почестями похоронили его. Казацкий летописец Самойло Величко описывает похороны Ивана Сирко и кратко, обобщенно характеризует его самого, подает оценку его деятельности. Для нас это очень важно, поскольку Величко был современником кошевого и атамана. Свою летопись Самойло писал через 20 лет после кончины Ивана Сирко.

«Того же лета, 1 августа, преставился от этой жизни в своей пасеке, похворівши определенное время, славный кошевой атаман Иван Сирко. Его припроводжено водой до Запорожской Сечи и честно похоронено всем низовым Запорожским Войском в поле за Сечью, напротив Московского окопа, где скрывалось другое запорожское товариство. Похоронен знаменитый 2 августа с превеликой пушечной и мушкетною стрельбой и с большим сожалением всего низового войска. Ибо это был тот их исправное и счастливый вождь, который с молодых лет вплоть до своей старости, забавляясь военными промыслами, не только значительно воевал Крым и сжег в нем некоторые города, но также погромлював в диких полях, было то на разных местах, многочисленные татарские чамбулы и отражал пленник христианский плен.

Он заплывал на лодках в Черное море и оказывал на разных местах бусурманам немалые вред и разорение. А на самом Черном море громил он корабли и каторги, которые плыли из Константинополя в Крым, Азов и другие места, и с большими здобичами счастливо возвращался с Запорожским Войском до своего коша. Его все войско очень любило и за отца своего почитало. Похоронив же и его, как выше говорил, с сожалением, высыпали над ним значительную могилу и поставили на ней каменный крест с должным надписью его имени и дел. После похорон низовое войско с новым кошевым Стягайлом писало до гетмана Самойловича такое письмо, жалостливо ознаймовуючи его о той его, Сіркову, кончине и о погреб его».

Летописец приводит текст этого письма (исследователи признают его подлинность), который начинается с печального сообщения: «Глубокоуважаемый милостивый господин гетман, наш вельмиласкавий сударь! Когда человеческая жизнь лежит в Божьей воле, то по его воле время смерти забирает со света человека. В такой способ пришел 1 августа смертный час к господину Ивана Сирко, кошевого атамана и, наполнив нас сожалением, взял его от нас, от здешнего проживания. Его тело мы, жалостливо повболівавши, по христианскому обычаю похоронили с набожным церковным обрядом при садке на поле 2 августа».

О печальной событии известили народ казацкие кобзари. «А на Запорожжю кошевой Сирко, ватаг сильный, умер», — записал для памяти поколений Заступник. Смерть Ивана Сирко вызвала «глубокое сожаление» не только на Запорожье, но и по всей Украине. В народе из поколения в поколение передавались легенды о славного кошевого атамана.

Говорили, что запорожцы пять лет не хоронили Ивана Сирко, а возили его с собой в походы, и это обеспечивало им победу. Рассказывали, будто у мертвого Ивана Сирко казаки отрезали правую руку — в критическую минуту они выставляли ее перед собой, что и решало исход боя в пользу запорожцев. Только, говорили, после разрушения Сечи собратья похоронили руку витязя.

В многочисленных песнях и думах, которые народ сложил о Сирко, кошевой выступает народным героем, запорожским вождем, казацким полководцем.

* * * * * * * * * * * *

Вспомните праведных гетманов:

Где их могилы? где лежит

Остаток славного Богдана?

Где Остряницина стоит

Хоть бы убогая могила?

Где Налывайкова? Нет!

Живого и мертвого сожгли.

Т. Г. Шевченко

С тех далеких героических и трагических времен в Украине оставались только две святыни — захоронения казацкого гетмана, гениального Петра Конашевича Сагайдачного и славного кошевого атамана Ивана Сирко. Ужасно, по-варварски обошлись с ними неблагодарные потомки. Как здесь не вспомнить известные слова: «…славных прадедов великих правнуки плохие»!

На высокой могиле, насыпанной в степи на сечевом кладбище, стоял «серый камень с именем Сера, начертанным десницей бессмертия», — как сказал Максим Рыльский. Сначала поставили крест, который был уничтожен при разрушении Чертомлицкой Запорожской Сечи по приказу Петра. Впоследствии установили каменную плиту с выгравированным надписью: «Года Божьего 1680 месяца августа 1 дня преставился Раб Божий Иоанн Дмитриевич Сирко атаман кошевой Войска Запорозкого его императорского величества Феодора Алексеевича и память праведного со похвалы».

Дмитрий Яворницкий посетил в конце XIX века. места бывших Запорожских Сечей, в том числе и село Капуловку (ныне Никопольский район Днепропетровской области), расположенный там, где когда-то была Чертомлыцкая Сечь.

Тогда, писал ученый, могила Ивана Сирко с памятником оказалась посреди огорода крестьянина Николая Алексеевича Мазая, который бережно ухаживал за ней.

В советское время местная власть на протяжении десятилетий с полнейшим равнодушием и небрежностью относилась к могиле атамана. Еще до войны 1941-1945 годов пытались что-то сделать археологи, которые неоднократно ходатайствовали о благоустройстве этого памятного места. И безрезультатно. В 1939 г. тогдашний председатель Никопольского райисполкома считал, что Сирко — «петлюровец». Следовательно, и до могилы «врага» советской власти, как заявлял он, следует относиться отрицательно.

1951 г. экспедиция, возглавляемая Бы. Бы. Копыловым, в которой принимала участие и автор этих строк, провела раскопки Чертомлицкой Сечи, исследовала остатки других Сечей, которым выпала, как и знаменитым местным плавням, печальная судьба — быть затопленными водами будущего Каховского моря. Тогда еще уцелела небольшая территория бывшей Чертомлицкой Сечи: часть пригорода и остатки кладбища с могилой Сирко. Изгородь была повалена, возле могилы паслись козы. Наше обращение к райкома партии, райисполкома о необходимости бережного ухода за Сірковим погребением вызвало резко негативную реакцию.

После создания Украинского общества охраны памятников истории и культуры на обелиске появилась чугунная плита с надписью о том, что могила находится под охраной государства. Но это ничего не изменило. Все осталось таким же заброшенным. А потом надгробие было повреждено. Какой-то невежда столкнул его — памятник Серко упал и раскололся. Его как-то скрепили.

На эту тему: Колиивщина — первая национальная революция в Европе?

В середине 60-годов возникла опасность полного разрушения славной могилы. «Рукотворное» Каховское море подмывало берег, появилось несколько яруг, глинистая почва легко сползал… Общественность, ученые призвали спасти захоронения. Днепропетровская областная газета «Зоря» 17 мая 1967 г. напечатала статью «Сохраним для будущих поколений», в которой отмечалось: «О далекое прошлое напоминает нам и могила знаменитого кошевого атамана Войска Запорожского Ивана Сирко в селе Капуловке, у самого Каховского моря. На потрісканому от солнца обелиске чугунная плита с надписью: «Памятник истории. Охраняется государством. Повреждение карается законом». Да вот беда: могила Сирка запущена. Территория не благоустроена, замусорена, вокруг сорняки. Обидно об этом говорить, но и молчать нельзя… Волны Каховского моря бьют о кручу, подмывают берег. Вода все ближе подкрадывается к могиле. Несколько метров осталось до исторического памятника. А потом что? Святыню надо немедленно спасать, пока не поздно!»

В течение двух лет переписывались, вели переговоры республиканские учреждения с областными и городскими организациями. Наконец пришли к общему мнению о необходимости срочного перенесение праха народного вожака в другое место. Им должен был стать остров Хортица, где создавался историко-мемориальный музей-заповедник в соответствии с постановлением Совета Министров Украинской ССР от 18 сентября 1965 г. (№ 911) «Об увековечении памятных мест, связанных с историей Запорожского казачества».

Предполагалось (и на это была санкция Совета Министров республики) до мемориального комплекса включить пантеон кошевых атаманов, перенести на Хортицу прах Ивана Сирко и последнего кошевого атамана последней — Новой (Пидпильненськои) — Запорожской Сечи Петра Калнышевского, которого вместе с другим старшиной репрессировал царское правительство: его сослали в Соловецкий монастырь. Имели также перезахоронить на Хортице останки кошевого атамана Задунайской Сечи Иосифа Гладкого, которому принадлежит заслуга вывода бывших запорожцев из Турции и возвращение на родину. Речь шла о переносе сюда и праха гетмана Правобережной Украины Петра Дорошенко, похороненного в Ярополчі, недалеко от Москвы.

Прах кошевого атамана Ивана Сирко имели транспортировать в монолите, то есть с частью грунта первоначального захоронения, в центре которого оставалась незыблемой гроб и сохранялся необходимый для него температурный режим. Когда заместитель председателя Запорожского облисполкома Николай Петрович Киценко — инициатор, руководитель и душа создания Хортицкого заповедника — готовился отправить бригаду специалистов и машину в Капуловку, до Запорожья поступило известие о преступной надругательство над могилой национального героя.

Руководители Никопольского района, опираясь на поддержку начальства из области, самовольно перезахоронили останки Сера в кургане возле Капуловки, который в народе называли Бабьей могилой (по-видимому, потому, что там некогда стояла каменная скульптура «бабы»). При работе на этом археологическое не изученному кургане были нарушены элементарные правила раскопок, а также требования о переносе захоронений.

Представители властей Днепропетровска официально сообщили, что череп Ивана Сирко передано 27 ноября 1967 г. до Института этнографии имени Миклухо-Маклая Академии наук СССР, где в лаборатории пластической антропологической реконструкции работал профессор Н. М. Герасимов. Но ученый умер. Подвал, в котором размещалась лаборатория, был некоторое время затоплен. Пострадали и фонды. Следовательно, нет уверенности, что воспроизведенное лицо принадлежит именно Ивану Сирко.

5 марта 1968 г. в «Литературной Украине» в статье «Похоронить со всеми почестямиї» высказывалось убеждение историков и широкой общественности о необходимости перезахоронения праха Ивана Сирко. Оформили Бабушкину могилу с останками Ивана Сирко не лучшим образом. Сверху поставили бюст, отлитый еще в 1957 г. с постаментом, а на середине бетонных ступеней — памятник Серко, установленный еще запорожцами. На постаменте оставили доску с надписью: «Здесь была Запорожская Сечь», хотя Бабина могила не входила в территории Сечи. У подножия соорудили гранитную стену и прикрепили еще одну доску с надписью: «Здесь похоронен кошевой атаман войска Запорожского Иван Сирко».

В 1980 г. сбросили с пьедестала бюст Ивана Сирко, который, правда, не был скульптурным портретом атамана, так еще и до сих пор не найдено описания его внешности, но авторы стремились изобразить обобщенные черты мужественных, героических казаков и сделали это в репинских традициях. Вместо этой скульптуры поставили новую, отлитую на основе реконструкции Г. Лебединской.

На эту тему: Рождение украинской бюрократии. Как элита Гетманщины стала имперскими чиновниками

Более 20 лет череп национального героя Ивана Сирко оставался в фондах Института этнографии Академии наук СССР в Москве. Никто из организаторов перезаховання не позаботился о переносе его в Украину. В десятилетия, которые теперь называют застойными, на казацкую тематику вообще было наложено табу.

В 1988 г. киевский антрополог С. Сегеда по поручению журнала «Памятники Украины» забрал череп из Москвы и привез в Киев, где он хранился в сейфе редакции этого журнала до «решения его дальнейшей судьбы авторитетной комиссией». Кажется, такая комиссия не была создана, а череп оказался в сейфах Никопольской районной и городской власти.

Во время празднования 500-летия украинского казачества летом 1990 г. на многолюдном митинге у могилы Сирко (так называют этот курган) некоторые из выступающих требовал немедленно подхоронить туда череп. Однако здравый смысл победил. Днепропетровский облисполком решил перезахоронить по христианскому обычаю останки Ивана Сирко вместе с черепом в отдельную могилу с часовней.

Памяти славного кошевого атамана Запорожской Сечи было центральным событием в праздновании Дней казацкой славы на сечевых землях. Сначала состоялась Всеукраинская панихида памяти на могиле Ивана Сирко. Было сказано слово скорби и почитания памяти Сирко и запорожцев. На празднование прибыла парламентская делегация народных депутатов Украины.

В Дни казацкой славы на местах Сечей были открыты памятные знаки. Среди них на улице Ивана Сирко в Никополе — мемориальная доска с барельефной композицией: председатель Сера и несколько казаков на конях, один из них с бандурой, и надпись: «Улица названа в честь героя Украины, кошевого атамана Войска Запорожского Низового Ивана Сирко Дмитриевича».

Источник: Exlibris.org.ua

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *